Центр Региональных Исследований
Электронная газета
Четверг, Август 22, 2019
Будь в центре событий!

Лукашенко: в Белоруссии до конца года будут приняты важные решения в экономике

Лукашенко: в Белоруссии до конца года будут приняты важные решения в экономике

В Белоруссии до конца года будут приняты важные решения в экономической политике, которые позволят обеспечить новые факторы роста. Об этом заявил белорусский лидер Александр Лукашенко, обращаясь с Посланием к белорусскому народу и Национальному собранию.

Как сообщает пресс-служба президента Белоруссии, Лукашенко отметил, что причины возникшей сложной ситуации в экономике очевидны - это санкции против главного партнера, падение цен на нефть, девальвация российского рубля, сужение российского рынка. Все это, по его мнению, привело к естественному и резкому падению сбыта продукции на рынках ключевых партнеров не только в Белоруссии, но и в самой России, Украине и Казахстане, на всем постсоветском пространстве.

«Нет продаж — нет выручки у предприятий. В результате меньше валюты, налогов, денег в бюджете. Отсюда невозможность повышать зарплату, сокращается занятость людей. Эти внешние факторы нам неподвластны. Мы живем в глобальном мире, и у нас открытая экономика, от которой отгородиться невозможно. Проблемы соседей немедленно становятся нашими собственными. И это объективная сторона кризисных явлений», - сказал белорусский лидер.

Однако, по словам Лукашенко, время и технический прогресс не стоят на месте. «За последние двадцать лет мировая экономика радикально изменилась. На смену индустриальной экономике идет экономика знаний и услуг. Она уже стала основой в наиболее развитых государствах мира, таких как США, страны Европейского союза, Япония, Израиль и «азиатские тигры». Курс на ее строительство взял и Китай, по праву имеющий статус «фабрики мира», - отметил он, подчеркнув, что перед Белоруссией стоит такая же задача.

Есть одной причиной проблем в Белоруссии белорусский лидер назвал качество и производительность труда. Они, по его мнению, не всегда конкурентны.

«Давая четкие ответы на самые острые вопросы людей, сегодня мало сказать: мы удержим курс, сдержим цены и сохраним рабочие места. Гораздо важнее показать, как мы это сделаем», - отметил Лукашенко. В этой связи, по словам президента Белоруссии, необходимо до конца текущего года принять ряд важных решений в экономической политике, которые позволят обеспечить новые факторы роста.

«Я еще раз говорю: это предложение нисколько не опровергает и не отвергает то, что сделано, и то, что мы сегодня делаем. Просто к тому, что мы делаем, надо добавить следующее.

Во–первых, эффективное управление экономикой.

Главный принцип: каждый должен заниматься своим делом и давать результат. Правительство управляет экономикой в целом, министры — отраслями, губернаторы — регионами, директора — предприятиями.

Министерства должны заняться отраслевым регулированием: совершенствовать законодательство, разрабатывать технологические стандарты, обеспечивать благоприятные условия для ведения бизнеса, равные права для всех форм собственности.

Правительству необходимо внести пакет нормативных документов о разделении функций государства как собственника и регулятора, а также о системе управления предприятиями с учетом современного мирового опыта.

Директор — главное лицо, которое отвечает за предприятие. При этом, сказав об этом, я еще раз хочу подчеркнуть, что меня очень беспокоит, и я часто нашему новому Правительству об этом говорю: если кто–то в Правительстве хочет управлять из кабинета, глядя в окно на площадь, на чистоту вокруг Дома Правительства, — это не тот подход. Да, совершенно верно, директор — главное лицо на предприятии, и я сказал, что Правительство отвечает в целом за экономику. Но экономика, Правительство должно помнить, делается прежде всего на предприятиях. Поэтому от конкретики на предприятии, от того, чтобы вникать каждый день в его работу, мы никуда не денемся. Поэтому, да, Правительство должно быть этим крупным, серьезным регулятором, которое стратегию определяет, которое добивается этой стратегии. Но каждый министр, член Правительства, вице–премьер и Премьер должны видеть предприятия, должны понимать, какие процессы происходят в трудовых коллективах, и решать конкретные вопросы и, может быть, спрашивать с того же директора за решение тех или иных вопросов, если он их не решает. Но это не значит, что Правительство или министр каждый день будет бегать по предприятиям, вмешиваться в оперативную деятельность директора и руководства предприятия. Ни в коем случае, это будет просто мешать работе предприятия.

Хочу напомнить: конкурентоспособность предприятий определяется эффективностью управления этими предприятиями. И если мы оперативно не усовершенствуем свою систему управления госактивами и предприятиями, то и дальше будем проигрывать в борьбе за рынки. И этот проигрыш будет только усугубляться. Все современные механизмы управления, которые используют наши конкуренты, должны быть внедрены и у нас. Сегодня необходимо ускорение информатизации экономики. Тем более что мы это можем делать. Современные информационные технологии — это не просто отрасль, это один из ключевых рычагов управления экономикой и обществом в целом. У нас быстро развивается сектор IT–индустрии. Буквально в последнее время Беларусь серьезно продвинулась в мировых рейтингах развития информационно–коммуникационных технологий. По этому показателю мы уже опережаем все страны постсоветского пространства и наших соседей. Только системный характер информатизации обеспечит ее дальнейший успех.

Отдельно хочу остановиться на такой теме, как банкротство, ликвидация бесперспективных предприятий.

Поддержка предприятия, которое объективно не нужно рынку и экономике, которое фактически изжило себя и не может существовать, — это прямое омертвление ресурсов, если мы, пытаясь его спасти, вваливаем туда деньги. Ликвидация отсталого предприятия не трагедия, а элементарный здравый смысл. Я бы даже не сказал — ликвидация, а перепрофилирование таким образом.

Предприятие оказывается ненужным не только потому, что там слабое руководство или нерадивый коллектив. Может устареть конкретный вид продукции, сузиться рынок или обнаружиться новое направление бизнеса, гораздо более выгодное по сравнению с прежним.

В этом случае выигрывает тот, кто первым сворачивает бесперспективное направление и борется за создание и создает новое направление, читай продукцию, на этом же предприятии с этим же трудовым коллективом.

Причем надо создать такие условия, чтобы рядом с закрывающимся предприятием возникло другое, более перспективное, с новыми рабочими местами и более высокой зарплатой. Это решит и проблемы занятости. И это будет только стабилизировать обстановку в коллективе трудовом и в нашей стране.

Быстрая реакция на изменившиеся условия — залог победы в конкурентной борьбе. Поручаю правительству организовать работу по реструктуризации неплатежеспособных производств с привлечением инвесторов. Именно по той формуле, о которой я только что сказал.

Когда мы парализуем человека страхом совершения ошибки, мы гарантированно убиваем любой прогресс. Именно на свободе поиска решений, на праве риска основаны все успешные экономические модели как на Западе, так и на Востоке. Но при этом прошу не путать, как у нас некоторые, подбрасывая этот тезис, говорят о том, что у нас на предприятии директора ну так связаны, бедолаги, ну такие бедные, они боятся шаг ступить, потому что завтра кто–то придет, куда–то посадит. Ничего подобного. Тот, кто рискует и радеет о государстве, радеет за свое предприятие и трудовой коллектив, никогда не будет наказан. Мы всегда поддержим его, а ошибку поможем исправить.

Второе — совершенствование контроля за экономикой.

Для нового экономического рывка нужны инициатива, раскрепощенность, эмоциональный подъем, возможность идти на разумный риск, принимать оперативные решения.

Это не означает правовой нигилизм. Законы будут соблюдаться, и упор мы здесь главным образом сделаем на налоговую дисциплину. Мы значительно укрепим налоговую службу. И Правительство, и Министерство по налогам и сборам получили прямые указания, все контрольные службы — прямое указание: налоги, налоги и еще раз налоги. Заплатил налог и иди или отдыхай, или спи. Притом спокойно.

В следующем году мы вводим мораторий на рост количества и ставок налогов.

Одновременно уберем излишний контроль за экономикой, резко сократим дублирование проверок.

Надо ликвидировать ситуацию, когда правоохранительные и контролирующие органы, «наблюдающие» за каждым шагом директора, фактически берут на себя управление предприятием, при этом не несут никакой ответственности за его работу.

Необходимо сместить акценты контроля с текущей деятельности предприятия на конечные результаты — прибыль и рентабельность. А если мы приходим туда, извините меня за прямоту, с наручниками, то мы уже твердо должны быть убеждены, что там руководитель или группа — будущие преступники. Мы твердо должны быть в этом убеждены. Кстати, это сегодня и делается. У нас в основном крупные предприятия, которые вот так вот страдают и плачут, имеют индульгенцию, можно так сказать, Главы государства и входят в его кадровый реестр. Поэтому никто туда без разрешения Президента с наручниками и пистолетом, как тут некоторые пописывают в СМИ, не придет и никто претензий не предъявит.

Если хотите знать, и комитет госбезопасности, МВД или прокуратура не имеют права контролировать своими методами без разрешения президента. Ну а чтобы получить такое разрешение, надо положить на стол конкретные факты или хотя бы один факт. Я тоже всех предупреждал. Мы не будем искать десяток фактов, чтобы предъявить претензии нерадивому руководителю. Достаточно одного факта, что он ворюга или проходимец. Извините, что я по–народному вам это объяснил.

Поручаю правительству, администрации президента, госсекретариату и соответствующим специалистам внести проекты конкретных нормативных актов, раз и навсегда решающих эту проблему, чтобы больше никогда ни у вас, ни в обществе не было этих досужих разговоров о сверхконтроле за предприятиями и руководителями.

Третье — снижение инфляции.

Макроэкономическая стабильность — это залог нормального бизнеса. Снижение инфляции для нас — приоритетная задача.

Население беспокоит именно рост цен. Ну вы знаете, в основном цены–то у нас растут от Кобякова, от министров. Мы же сами постоянно взвинчиваем эти цены, имея ввиду, что и по ЖКХ народ недоплачивает, и «объелся» народ — очень низкие цены на продукты питания, и энергетика у нас бедная страдает — надо поднять, нефтепеработку, другим энергетическим предприятиям надо поднять доходы — они, видите ли, модернизируются, бедняги, зарплата у нас низкая. И пошло, поехало.

Этого больше быть не должно. У нас цены все практически под контролем. Все. Вы увидели конец года и начало этого года. Если нам надо было зарвавшихся сдержать, мы не создавали никаких структур, мы не «пылили» в средствах массовой информации. Власть это сделала тихо и спокойно. Вся вертикаль власти взяла под контроль эти цены.

Когда мы увидели, что нельзя излишне пережимать и придерживать цены, я так понимаю, по каким–то позициям мы отпустили. По каким–то позициям, допустим, по свинине, как меня сегодня информируют, и держать цены не надо. Они упали настолько, что уже те, кто свиней выращивают, начали стонать, что цены низкие, они чуть ли не закрывать будут предприятия. Я им сказал: «Попробуйте».

Поэтому цены зависят от нас. И нам надо раз и навсегда принять решение: коль мы не можем сегодня повысить зарплату (и не надо ее повышать, у нас ее никто не просит повысить), вы не повышайте. Но вы не забирайте другой рукой из кармана народа деньги, то есть не повышайте цены на ЖКХ (там, где можем контролировать), на энергетику там, тепло, свет и так далее.

Элементарный подход. И этот подход должен быть соблюден в этом году, как минимум, чтобы мы увидели. На что мы выйдем к 1 января будущего года.

Но, конечно же, основной путь стабилизации цен — это сокращение себестоимости продукции и услуг, сокращение затрат. Иного не дано. При этом нужно сохранить достигнутый уровень благосостояния населения, о котором я говорил. Значит, предприятиям придется снижать затраты не за счет заработной платы людей, которую мы сегодня на отдельных предприятиях несвоевременно платим, да и небольшую заработную плату платим. Поэтому снижать надо по другим составляющим себестоимость продукции.

Высокая инфляция говорит о неэффективности использования денег. Они должны давать отдачу. Тогда и процентные ставки будут низкими, и кредиты доступными.

Поэтому правительством и национальным банком уже в этом году должна быть выработана конкретная антиинфляционная программа.

Четвертое — эффективность использования бюджетных средств.

Суть проста: не просите больше денег, по–хозяйски используйте то, что есть. Все жалобы на недостаток оборотных средств, инвестиций надо прекратить. Деньги в экономике есть. Но многие предприятия омертвили их в складских запасах, долгостроях, дебиторской задолженности. Вот здесь надо искать финансовые ресурсы!

Вот вчера (это прозвучало в СМИ) мы серьезно ревизировали Минск.

Накал страстей не так был виден после этого совещания, но тройка, которая у меня побывала, они поняли, в чем недорабатывают и что надо делать. Там были подняты вопросы по ряду предприятий. Но если МТЗ и моторный выкарабкиваются, другие уже более–менее увидели свет в конце тоннеля, то с автоМАЗом у нас проблемы. Я сразу сказал: «Смотрите, ребята, первый — Шорец, второй — Семашко, третий — Кобяков». Это кандидаты на то, чтобы возглавить это предприятие. У нас фактически, не знаю, в «Гомсельмаш» глубоко еще не вникал, там катастрофическая, наверное, ситуация. И все говорят о какой–то программе. Первый раз мне подсунули... чего там, новое Правительство пришло, давайте 100 миллиардов ввалим в это предприятие. У меня при этом только один вопрос: «Почему в это предприятие?» Это было в конце прошлого — начале этого года. У нас что, нет проблем на других предприятиях? Почему мы в МАЗ должны ввалить эти 100 миллиардов? Ведь мы говорим о том, что должен быть равный подход ко всем. Конечно, я отклонил это предложение. Потом начали писать какие–то бизнес–планы и программы. До сих пор, что меня волнует, пишите, никто не против, но вы же отвлекаете руководство предприятия от работы. Они думают, что если Правительство Президенту этот план подсунет, там опять где–то завуалированно будет уже не 100 миллиардов, а 200. Президент «подмахнет», и дело пойдет. Они на это ориентированы, они не ориентированы на нормальную работу, на сбыт продукции, на заключение договоров и так далее и тому подобное.

Конечно, вы, сидя, можете подумать: ситуация сложная на предприятии. Потерять его — смерти подобно. Это имиджевое предприятие, это лицо страны. Мотовелозавод (мы вчера о нем говорили), МАЗ, БелАЗ, МТЗ — это наше лицо. И дело даже не в этом. Дело не в имидже. Если мы потеряем этот автомобиль, грош нам цена. Мы ничего не стоим. Этот автомобиль сегодня работает везде: от частника до самых крупных предприятий. Это наше счастье, что мы в свое время не сломали это предприятие, а, его модернизировав, создали нормальный автомобиль. Плохо только то, что в свое время мы не диверсифицировались по рынкам. Мы с КамАЗом делили Россию. КамАЗ сегодня обвалился, и мы почти остановились. Да, вы скажете, есть объективные причины, надо же помочь. Пожалуйста, мы поможем. Контракт есть у тебя на 3 тысячи автомобилей куда–то? Есть. Подписан. Цена такая–то. Вымыли оборотные средства. Нет этих оборотных средств — вот вам под оборотные средства деньги. Делайте эти 3 тысячи автомобилей, продавайте, возвращайте нам долг. Только так, а не иначе.

Если вы будете со складов, освобождая их, продавать продукцию, мы будем видеть, что вы шевелитесь в этом плане, мы будем помогать. В противном случае есть вариант — дать им эти 200 миллиардов. Они завтра выплатят «зарплату» незаработанную. Они завтра вложат эти деньги в производство новых автомобилей и поставят на складе. Это наш путь? Нет. Поэтому помогать будем, но не под обещания, а под конкретный контракт. Есть у Шакутина контракт на харвестеры, форвардеры, которые мы смотрели, перевозчики, завтра не хватает под оборотку 50 миллионов долларов. На тебе 50 миллионов, продай технику, завтра верни. Только обязательства, железобетонные обязательства. Хватит шутить. Мы вот тут шутим, с этими возимся предприятиями, сотня у нас крупнейших, создаем проблемы, а потом охаем и ахаем, что у нас обвалился курс рубля. Этого быть не должно.

Поручаю правительству принять все необходимые решения по новому механизму оказания господдержки. В бюджетном процессе нужно перейти на выделение средств по программно–целевому методу. Как говорят экономисты, бюджетирование, ориентированное на результат.

Государственная поддержка должна оказываться только на конкурсной основе, исключительно в рамках реализации государственных программ, с равным доступом к ресурсам для организаций всех форм собственности.

И вообще, в данном случае я, может быть, и не хотел, чтобы это прозвучало на всю страну и на весь мир в принципе, хотя у нас все дипломаты присутствуют, но мы чего ноем, стонем и плачемся?

У нас что, война сегодня идет? Мы, что, сегодня ресурсы получаем по самой высокой цене?

Я уже не хочу тут расчеты приводить, сколько мы экономим только на природном газе в связи с падением цены на нефть. Кобяков знает, я ему цифру примерную называл, и бывший Премьер об этом знает. У нас нормальная ситуация и нормальные условия. Но надо напрячься и решать проблемы. Не можешь решать — уходи. Бери лопату, иди копай землю.

Еще одна проблема. Некоторые высвободились бывшие руководители. Слушайте, за некоторых столько ходоков. Ну ужас просто, куда только ни предлагают: и на атомную станцию (хотя он вообще ничего не понимает, наверное, как и я, в этом атоме), но он там будет главным инженером и ведущим по эксплуатации будущей атомной станции, проживая в Минске. Это значит, извините меня, под пятую точку «членовоз». Он будет из Минска туда ездить, показываться там. И я же понимаю, что за этим стоит.

Поэтому я написал одну резолюцию на всех, кого пытаются устроить. Всех на фронт. На фронт! Предприятия свободные есть. Хочешь работать — и радуйся. Вот тебе предприятие, иди работай. Иди работай и давай результат.

Но в СНГ на «ветеранскую» должность, еще куда–то — не проситесь.

Пятое — антимонопольная и конкурентная политика.

Ее ключевая задача — определение справедливых тарифов и цен.

Никакого сговора торговых сетей и взвинчивания цен! Внутренний потребительский рынок должен быть также надежно защищен от подделок, фальсификата и контрафактной продукции.

Но здесь Косинец, он еще молодой у нас глава Администрации, наверное, объединяя все в доклад (это я к примеру говорю), не написал мне здесь о главном, вот когда мы говорим: фальсификат, контрафакт и прочее. Я это помню, и я с вас спрошу, если вы не защитите свою продукцию.

Косинец как–то мне приводил пример. Сколько мы за прошлый год ввезли подобных МАЗу автомобилей? 6 тысяч 200 ввезли. И производим аналогичные автомобили. Сегодня МАЗ просит: возьмите госзаказ хотя бы на 2 тысячи, на год. Наш госзаказ. Но 6 тысяч же завезли: «Вольво», «Мерседесов» и прочих... Почему вы их завезли? Это вопрос и к нынешнему Премьеру.

Почему при наличии такого производства холодильников, мы ввозим этот хлам из–за рубежа? Чем хуже наш холодильник? Мы положили телевизионное производство.

Мне нынешний премьер, боюсь, что и нынешний вице–премьер, начнут говорить: ну вы же знаете, мы в Евразийском союзе.

Привожу параллельный пример. Когда обрушился рубль в России, мы ведь ничего против России, своих партнеров, которые в ЕврАзЭС, никаких мер не приняли. Мы терпели и терпим до сих пор.

Что сделал Казахстан? Это мне Нурсултан Абишевич рассказывал. При Путине рассказывал. Говорит, ну вы меня поймите, у вас обвалился рубль, ваши автомобили наполовину дешевле стали наших и хлынули на казахстанский рынок. А там же и японцы, и корейцы, и китайцы, и Западная Европа создали свои производства. И у них остановилось все разом. И не только по автомобилям, и по другим позициям.

Что сделал Нурсултан Абишевич? Он просто закрыл поставку российской продукции, которая мешала его производителям, и запретил ее продажу на территории Казахстана.

И что ответил Путин? Ну, говорит, надо понять Нурсултана Абишевича. Ему непросто... Да и вам, говорит, непросто. Да, я это признаю.

Так, а мы что? Мы что, в белых перчатках будем ходить и молиться на некую икону, которая нигде еще не висит, ни в каком углу?

Извините меня за это. Да, не надо делать вот такие шаги: взяли, закрыли, запретили. Потому и нам могут закрыть. Но договариваться надо немедленно, чтобы защититься. Притом, если мы защитим минский холодильник, читай, мы защитим российский, казахстанский холодильник, потому что у них в дефиците, у них нет этих производств в таком объеме и они закупают по импорту. То есть мы не будем конкурировать с российскими производителями, мы им вреда не нанесем.

То же по телевизионной отрасли. Сегодня в Российской Федерации фактически свернуто телевизионное производство. Некоторые там «Филипсы», «Панасоники» производят и так далее, это их право. Но мы же тем 2 — 3 предприятиям конкуренцию не создаем, поставляя на рынок. Нам бы вместе защититься. Но Россия может говорить о том, что она не может, она член ВТО.

А мы какие члены ВТО? Нам кто мешает защитить отечественного производителя? Решайте!

Но надо признать и классику. Рост цен — это результат недостатка конкуренции. Государство должно развивать добросовестную конкуренцию. К сожалению, наша антимонопольная служба слаба, аморфна. Надо подумать, как нам усилить антимонопольную работу. Вы мне здесь предлагаете усилить антимонопольную службу. Хорошо. В этой системе давайте ее усилим. Но если вы думаете, что вы из сотни человек антимонополистов будете иметь 500 и они решат проблему, — это пустой звук. Сегодня надо систему выработать вот эту. У нас, я, когда это читаю, думаю, у нас ведь неплохо вертикаль власти справилась с этим вопросом в конце прошлого года, в начале этого, о чем я говорил. Может, нам особенно чиновников не порождать, а систему выработать? Вот это задача председателей райисполкомов, облисполкомов, а Правительство в центре. Подумайте. А антимонопольная служба должна координировать и регулировать эти процессы, подсказывать.

Поручаю тщательно выверить и выстроить новую тарифную политику в сфере естественных монополий, это очень важно: в энергетике, железнодорожной, авиационной, жилищно–коммунальной отраслях. Вот тогда антимонополисты будут действовать, когда у нас будет определена эта политика.

Шестое — благоприятный бизнес–климат.

Условия открытия, ведения и закрытия бизнеса должны быть просты и понятны. Причем не на бумаге, а на деле.

Правительству вместе с предпринимателями необходимо проследить всю цепочку от открытия до ликвидации бизнеса. Посмотрите с точки зрения здравого смысла и в разы сократите количество документов, отчетов, согласований, статистики на всех уровнях и этапах. Не хочу повторяться, времени нет. Я думаю, вы запомнили, что я сказал.

Особое внимание уделите развитию малого и среднего бизнеса. Это основа процветания любой экономики и стабильности государства.

Седьмое — развитие финансовых рынков и привлечение капитала.

Необходимо задействовать все сегменты финансового рынка — страховой сектор, рынок ценных бумаг, инвестиционные фонды, микрофинансовые и лизинговые организации, внебиржевой рынок Форекс и так далее.

При этом следует обеспечить контроль со стороны государства. И мегарегулятором здесь станет Национальный банк.

Наш финансовый рынок должен быть интегрирован в мировой. Предприятиям и банкам необходимо выходить на международные финансовые рынки, привлекать ресурсы для развития.

В ближайшее время нужно проработать возможности размещения акций ведущих предприятий страны на мировых биржах, чтобы хотя бы прицениться, я не говорю, что мы тут с молотка начнем все продавать. Просто прицениться, знать, чего стоят наши предприятия.

В этой связи исключительно важен вопрос амнистии капитала. Сегодня все страны мира борются за финансовые потоки. При этом традиционные финансовые центры делают все, чтобы сохранить свое прежнее влияние и любыми способами не допустить появления новых центров, привлекательных для капитала.

Часто это делается под видом якобы борьбы с теневым финансовым сектором.

На самом деле всем навязываются универсальные правила, которые в конечном счете выгодны прежде всего ограниченному числу стран. Последовательно устраняется возможность конкуренции между государствами, создаются условия для вмешательства во внутренние дела других стран под искусственным предлогом обеспечения прозрачности финансовых потоков.

В этой связи мы должны внимательно проанализировать, насколько соответствуют нашим собственным национальным интересам международные соглашения по финансовому мониторингу, заключаемые нами и которые мы уже имеем. Вы сами видите, какие непростые процессы наметились в отношениях России и западного мира. Сейчас там ведется работа по широкой амнистии капитала — фактически они пытаются вернуть хотя бы часть финансовых потоков, в свое время ушедших из страны.

Мы также должны серьезно подумать о том, как сделать Беларусь привлекательной для богатых людей со всего мира.

Поручаю правительству, парламенту, национальному банку обстоятельно проанализировать мировые процессы, происходящие в этой сфере, в том числе проанализировать, как я уже сказал, то законодательство, которое мы имеем.

Внесите пакет системных предложений по полноценному формированию и эффективному функционированию финансового рынка и его регулятора. Продумайте, что конкретно можно было сделать, чтобы в нашу экономику вернулись капиталы из тeни, а Беларусь стала серьезным региональным финансовым центром.

Восьмое — диверсификация экспорта.

Об этом много сказано, тем не менее я не могу обойти этот вопрос. Да, это непростая задача — освоить новые рынки, найти новых партнеров, наладить долгосрочные торговые отношения.

Снижение наших продаж в России и Украине нам необходимо компенсировать расширением поставок в другие страны. Но при этом нельзя снижать активность продвижения нашей продукции на традиционные рынки. В той же России надо доходить до каждого региона, использовать любую возможность. Это касается и постсоветского пространства в целом. Вы знаете, вот недавно мы вернулись с крупной, большой делегацией из Грузии. Ну что мы знали о Грузии? Ой, война прошла, бедная страна, нет ничего. Ничего подобного. Страна развивается, движется вперед, 65 миллионов долларов товарооборот. Когда только начали прицениваться и разговаривать, грузины же хорошие торгаши, они умеют торговать, они в этом плане молодцы. Один говорит: слушайте, я могу у вас вот эти шины купить, которые якобы никому не нужны. Но я, если вы не против, буду продавать на Кавказе, в целом, и дальше. Да ради бога, он платит деньги, пусть продает. И так вот при контактах, меморандумах наскребли больше двухсот миллионов долларов. За полтора дня. Встает вопрос: а где до сих пор были?

Приток валюты в страну должен стать главной заботой и критерием оценки эффективности работы руководителей предприятий. Нельзя забывать, что экспорт — основной источник валюты и гарант стабильности нашей валюты.

Нужно менять не только географию экспорта, но и его структуру. Сейчас значительную часть белорусских поставок составляют сырьевые товары: калийные удобрения, сырая нефть, нефтепродукты, черные металлы, древесина и т.д. Обвал хотя бы на одном из этих рынков негативно влияет на всю нашу экономику.

Поэтому надо акцент сделать на расширении экспортной корзины за счет высокотехнологичных товаров и пользующихся спросом услуг.

Но главное — надо менять подходы к продаже наших товаров. Вначале необходимо искать рынки, а потом производить товар. У нас же все наоборот. Произведем товар, а потом героически, от Президента до крестьянина, ломаем все напрочь вокруг, ищем, кто бы это купил.

Каждому руководителю предприятия необходимо понять: маркетинг, реклама, продвижение товара также важны, как производство, качество, цена и себестоимость.

Девятое — новые подходы к развитию сельского хозяйства и жилищного строительства.

За последние годы мы многого добились в подъеме села. Полностью обеспечиваем продовольственную безопасность. Значительно нарастили экспортный потенциал отрасли, превратив ее в один из важных источников поступления валюты.

Республика — третий в мире экспортер животного масла, входит в десятку крупнейших экспортеров молока, закрепилась на лидирующих позициях в мире по поставкам сыров за рубеж. В нашей стране сосредоточено около 16 процентов мировых посевов льна.

Беларусь практически полностью обеспечивает себя продовольствием, импорт составляет менее 10 процентов всего объема потребления, а экспортные поставки осуществляются в 50 стран мира.

Тем не менее отрасль нуждается в новых, более эффективных методах ее дальнейшего развития. Главное — надо работать на принципах самоокупаемости. В условиях сокращения господдержки важную роль должны сыграть такие механизмы, как конкурентный отбор и окупаемость проектов, равный доступ к кредитам и другим ресурсам, ответственность за реализацию и достижение намеченных показателей.

Предстоит активизировать работу по привлечению частных инвестиций в село. Активизировать. Эта работа давно началась, мы ее умеем делать. Правительству необходимо стимулировать инвесторов на основе индивидуального подхода к каждому из них при продаже сельхозорганизаций.

Не менее актуальная задача — внедрение в сельское хозяйство новейших достижений науки и передовой практики.

В жилищном строительстве необходимо дополнить действующий механизм господдержки ипотечным кредитованием, системой строительных сбережений, арендой жилья. Напомню: эти схемы работают лишь в условиях низких процентных ставок и низкой инфляции.

Нацбанку, правительству следует выработать эффективные кредитно–финансовые инструменты, позволяющие обеспечить доступ к этим программам широкого среднего класса, который формируется в белорусском обществе.

Десятое — повышение правовой культуры в экономике.

К сожалению, у нас бизнес часто строится без должного оформления контрактов, детально прописанных прав, обязанностей и ответственности сторон. Это особенно характерно при составлении инвестиционных договоров с зарубежными партнерами.

Отсюда и взаимные неплатежи между предприятиями, халатность, поставки некачественного оборудования и не в срок, безответственное изменение условий контрактов, повышение цены.

Эти вопросы нужно снимать еще на стадии подготовки документов. Малый и средний бизнес должен иметь возможность пользоваться юридическими консультациями даже по элементарным вопросам. Тем более если контракты большие и сложные, следует привлекать профессиональные консалтинговые компании. Мы потратим миллион, но сэкономим миллиарды.

Решать споры нужно не в госорганах, а в суде. Необходимо повысить доверие к нашей судебной системе как гаранту и защитнику прав собственности, в том числе со стороны иностранных инвесторов, которые предпочитают решать вопросы в зарубежных арбитражных судах.

Поручаю правительству, администрации президента, судам до конца года разработать и внедрить систему мер по повышению правовой культуры в экономике, повышению доверия к нашей судебной системе», - сказал Лукашенко.